Система высшего образования в Китае

В систему высшего образования КНР вливаются огромные ресурсы. Ежегодные затраты на образовательные программы в стране сопоставимы с годовым бюджетом России.

Сегодня Китай – страна с едва ли не самой быстрорастущей системой высшего образования в мире. Количество вузов в течение 1983–2004 гг. выросло более чем вдвое – с 805 до 1863. Охват молодежи соответствующего возраста обучением в высшей школе с конца XX в. к 2010 г. вырос с 9,8 до 24,8 %. Китай – страна с самым большим абсолютным количеством студентов вузов в мире, которые составляют 24 % соответствующей возрастной группы. В 2012 г. из 196 млн. студентов в мире 32,6 млн. обучались в Китае. Правительство планирует, что к 2020 году диплом об окончании высшего учебного заведения будут иметь 220 млн. граждан.

Вузы в КНР делятся на университеты и остальные учебные заведения: технические, сельскохозяйственные, лесные, медицинские и фармацевтические, педагогические, филологические, финансовые, политико-правовые, спортивные, художественные и пр. Все они группируются по степени престижности на несколько иерархических категорий. Часть учебных заведений подчинена центральным ведомствам, часть – региональным.

В высшей школе действует выстроенная по американскому образцу трехуровневая программа подготовки: бакалавриат-магистратура-докторантура. Внедряются гибкие программы, предусматривающие более раннюю специализацию студентов. Срок обучения бакалавра – четыре-пять лет. Успешное окончание бакалавриата означает приобретение высшего образования. В магистратуре срок обучения – два-три года, в докторантуре – два-три, реже – четыре года.

Поступление в вуз происходит в условиях жесткой конкуренции: конкурсы в отдельные университеты достигают 200–300 чел. на место. Отношение китайских школьников к поступлению в вуз остается конкурентно-ориентированным. Они стараются во всем превосходить своих сверстников.

Выпускники средней школы держат с 1977 г. экзамен (гаокао), дающий баллы для поступления в вуз. Еще 25 лет назад лишь три – четыре школьника из класса могли поступить в вуз. Сегодня – это каждый четвертый абитуриент Экзамены организованы на уровне провинций, автономных регионов и городов центрального подчинения. Существуют определенные стандартные программы, процедуры зачисления абитуриентов по результатам гаокао. В 1990-х гг. подобный порядок был несколько смягчен: на местах отменены единые экзаменационные программы; в провинциях стали вводить свою тематику экзаменационных заданий, собственные правила набора в высшие учебные заведения. В дополнение к баллам, полученным на гаокао, используется система зачисления с разными видами испытаний.

Приоритетным при организации экзамена является понятие «эффективность». Это означает, что абитуриенты в зависимости от числа баллов, полученных на выпускном экзамене, могут претендовать на обучение в вузе той или иной категории. Абитуриенты, не добравшие нужного количества баллов, учатся в менее престижных вузах. Вузы вправе зачислять особо талантливых на основе собственного тестирования или по рекомендациям школ.

Обычно юноши из сельской глубинки получают на гаокао меньше баллов, чем городские школьники. Подобные обстоятельства существенно уменьшают их возможности поступления в элитарные вузы. В результате сельская молодежь по большей части попадает в менее престижные учебные заведения.

Недавно в Китае вновь заговорили о необходимости реформы гаокао. Предусматривается введение двух различных экзаменационных модулей: один – для абитуриентов, склонных к техническим наукам, другой – для тех, кому ближе академические программы гуманитарного направления. Выдержав экзамен по техническому варианту гаокао, можно будет поступить в один из колледжей и университетов технического и профессионального обучения .

Дискуссия коснулась также веса английского языка в модулях гаокао. До последнего времен такой вес возрастал. В противовес этому усиливается иной тренд, сторонники которого убеждены, что английский язык должен перестать занимать центральное место в гаокао и что на его место следует поставить китайский язык. В провинции Цзянсу, например, вообще объявили об исключении английского из списка обязательных предметов в рамках гаокао. Такого рода факты свидетельствуют, как пишут Ван Сяоян и Ли Янъян, что захватившая школу Китая «английская лихорадка» приостановилась.

Обучение в вузах платное. Стоимость обучения составляет в среднем в год около 4500 юаней (900 долл.). Типичная картина из жизни Китая, когда в сельских общинах собирают деньги для того, чтобы отправить учиться в вуз своих односельчан. Впрочем, существует система социальных и поощрительных стипендий, а также практикуется отмена платы за обучение для особо одаренных учащихся. В вузах внедрена система приобретения студентами кредитов на обучение. Государство гасит 50 % кредита. Ими пользуются около 12 % студентов. Очень остро, однако, стоит проблема возврата кредита.

В КНР в начале 1980-х годов на основе зарубежных практик были реализованы реформы по децентрализации и маркетизации высшего образования. Подобные стратегии соответствовали идеям Дэн Сяопина: «Китайское обучение – это содержание, а западные методы – для практического использования». Тогда же взят курс на превращение высшего образования из элитарного в массовое. Программа реформ и развития в области образования (1993), закон Китайской Народной Республики «Об образовании» (1995), Проект 211 (1995), Проект 985 (1998) содействовали расширению системы высшего образования и отразили намерения Китая догнать Запад и наверстать упущенное.

С 1990-х гг. в Китае осуществляется курс на регионализацию управления высшим образованием. В КНР, говоря о такой политике, перефразируют слова В. И. Ленина о необходимости для государства сохранять «командные высоты». Это означает, что правительство переходит к «макроуправлению» высшей школы – через законодательство, планирование, слияние вузов, точечное финансирование и пр.

В соответствии с такой политикой осуществлен ряд крупных реформ. Так Министерство образования и местные власти в 2004 году инициировали финансовую поддержку региональных вузов, расположенных в провинциях, где нет ни одного финансируемого из центра национального университета. К 2013 г. насчитывалось 35 таких вузов, приобретших статус «полунациональных».

Закон об образовании 1998 г. закрепил автономию вузов. Расширяется самостоятельность учебных заведений «при сохранении единого курса в образовании и направляющего планирования». Речь идет о правах в отношении приема студентов, регулировании номенклатуры специальностей, найма кадров, определении штатного расписания, осуществлении международных соглашений и пр.

Стратегический национальный план развития высшего образования на 2010–2020 годы (Концепция—2020) нацелен на создание образовательной системы, основанной на ценностях университетской автономии и академической свободы. Университеты получили толчок к разработке уставов и определению границ собственной юрисдикции и автономии.

В 2011—14 гг. в нескольких университетах состоялась своеобразная «тихая внутренняя революция». На национальном уровне запущен проект создания экспериментальных колледжей – особых зон, которые бы давали возможность преподавателям в большей степени влиять на академические решения и реализовывать инновации. В 2012 г. выработан документ, где перечислены основные направления деятельности экспериментальных колледжей: введение демократического управления, автономизация в разработке образовательных программ, обновление процедуры найма преподавателей, отбора абитуриентов и распределения ресурсов. В колледжах надлежало принять устав, учредить попечительский совет. Предлагалось сформировать совет профессоров, который мог номинировать кандидатов на должность декана и представлять интересы преподавателей при принятии решений, связанных с обучением, проведением исследований и административным управлением. Также следовало создать академический совет для отслеживания образовательных программ и контроля качества работы преподавателей, а также обеспечения невмешательства администрации в академические вопросы. К 2014 г. экспериментальные колледжи появились в 17 национальных университетах.

Увеличение автономии девяти ведущих университетов предусматривали новые правила, утвержденные в 2014 г. Так в Пекинском университете предлагалось увеличить влияние студентов на принятие управленческих решений в вузе. Создан комитет по надзору, который должен рассматривать вопросы, связанные с дисциплинарными нарушениями студентов и сотрудников университета. В состав комитета входят студенты, преподаватели, члены коммунистической и некоммунистических партий. Кроме того, студенты получили право иметь быть членами ученого совета.

Многие эксперты сомневаются в том, что государство действительно добровольно ослабит хватку и что университеты смогут воспользоваться предоставленной автономией. По суждениям экспертов, в китайской системе высшего образования верхнюю позицию в текущих изменениях занимает тенденция возвращения к централизации [122;123]. Как пишут авторы книги «Массовое высшее образование. Триумф БРИК?», «китайские вузы по-прежнему достаточно жестко регулируются государством» [49]. Для таких суждений есть основания. Отнюдь не теряет силы Закон об образовании (1998), который предписывает «сохранение единого курса в образовании и направляющего планирования».

В ответ на новые экономические вызовы существенно изменяется профильная структура высшего образования: сократилась доля сельскохозяйственных, медицинских вузов; вырос удельный вес финансовых и политико-юридических учебных заведений. Появилось большое число краткосрочных специализированных учебных заведений. Произошли перемены в предпочтениях номенклатуры специальностей: наибольшее число студентов составляют обучающиеся на технических факультетах. Высшее техническое образование ведется главным образом в профессионально-технических институтах, краткосрочных профессиональных университетах, специальных техникумах и других учебных заведениях.

Для увеличения масштабов высшего технического образования с 2014 г. не менее половины государственных университетов (около 600) реформированы в институты прикладного обучения или политехнические школы. Они составляют половину всех государственных вузов страны. Эти учебные заведения готовят квалифицированных технических работников прикладного и технологического назначения: инженеров, старших технических специалистов и другие высококвалифицированных производственные кадры. При этом основной упор сделан на прикладное обучение и в меньшей степени – на академические и теоретические занятия.

Китай сталкивается с определенными проблемами в высшем образовании. Одна из наиболее острых – сохранение национального подхода к образованию («тун ши»). Как пишут китайские ученые Цян Чжа, Цзинхуан Ши и Сяоян Ван, «Конфуцианская интеллектуальная традиция придает большое значение гуманитарному образованию, которое должно быть основано в первую очередь на изучении достижений прошлого, а не на знакомстве с западным опытом» .

По мнению директора Центра сравнительных исследований в области образования Университета Гонконга Ян Жуя, китайские университеты, ориентируясь на западные образцы, неоправданно забывают свое прошлое. Он пишет: «Перенос американских принципов на китайские университеты часто происходит без учета важных культурных различий. <….> Китай в своей государственной политике делает акцент на экономическом развитии в качестве основного ориентира для проходящих реформ, а вопросы культуры и ценностей опять остаются в стороне. Модель, основанная на таких западных ценностях, как академическая свобода и университетская автономия, не всегда понятна китайцам и очень плохо приживается <…>. Для того чтобы быть настоящими университетами «мирового класса», китайским вузам необходимо выработать оптимальный, можно даже сказать, собственный, китайский баланс между традиционным и западным пониманием университета».

«Злокачественной опухолью» системы высшего образования в Китае называют коррупцию («гуаньси»). Она означает в том числе наличие в вузах протекционизма, вследствие чего карьерный рост преподавателей и ученых нередко основан на связях, а не академических и научных достижениях. Видный китайский ученый Ши Игун пишет в этой связи: «..все в Китае знают: чтобы получить исследовательский грант, вовсе не обязательно быть хорошим ученым, самое главное – быть на короткой ноге с ключевыми чиновниками и прикормленными экспертами».

Аватар enr091 Наталия Ришко / enr091
Журналист/Sovetok

09.07.2021 enr091 0
Добавить комментарий:



ТОП пользователей



verbamaikovarozcornevaadkokvengrovskijromanЯрославаsemenkoloviksonyanimirovitchnyushapetrosyanovnaabakshtanovskysahrakaraulova