Думы древних мудрецов о старости

Древние мыслители — философы, поэты, врачи — мечтали о продлении человеческой жизни, искали средства, которые помогли бы сохранить молодость и здоровье.
 

Уже Гиппократ, которого называют отцом медицины, в своих сочинениях высказал немало полезных наблюдений и советов, не потерявших своей значимости и по сей день.
 

Известно, что Гиппократ родился на острове Кос, в Греции. На протяжении семнадцати поколений его род представляли исключительно врачи. Врачом был отец, мать слыла хорошей повитухой. Традиции семейного мастерства передавались из поколения в поколение, и потому, естественно, азы врачебного искусства Гиппократ получил в семье.
 

После смерти родителей Гиппократ покинул Кос и жил в Афинах, где продолжал образование, потом вел жизнь странствующего врача в Греции, Египте, Ливии, Малой Азии, посетил берега Черного моря, был у скифов, что позволяло ему познакомиться с медициной, обычаями и традициями этих народов. Свои наблюдения он изложил в знаменитом трактате «О воздухе, воде и местности».
 

Гиппократ создал учение о четырех типах темперамента людей, оказывающих влияние на эмоциональную сферу и поведение человека и, как следствие, на саму продолжительность жизни.
 

По своим философским убеждениям Гиппократ был материалистом. Он первым понял, что на здоровье и долголетие человека влияют социальные факторы. В своей практике Гиппократ руководствовался «усилиями целительной силы натуры и ее наставлениями», пропагандировал умеренность в еде, советовал соблюдать диету, особенно в пожилом возрасте.
 

Позволим здесь привести несколько высказываний Гиппократа, в которых речь идет о здоровье и долголетии человека.
 

Ни пресыщение, ни голод, ни все то, что выходит за границы природы, не может быть полезным.
 

Старики легче всех переносят голод, после них взрослые, но юноши никак не могут его перенести, а еще менее дети.
 

Излишний сон и чрезмерное бдение — дурные предвестники.
 

Чем более питаешь неочищенный организм, тем более ему вредишь.
 

В начале болезней, если нужно что-либо привести в движение, делайте это, но в период их жестокости оставьте тело в покое.
 

Худой знак, если после болезни ешь хорошо, а силы от того не укрепляются.
 

Больные, которые в начале болезни едят с аппетитом, но без пользы для себя, напоследок теряют аппетит, но кто лишается аппетита в начале болезни, а получает его впоследствии, те скорее выздоравливают.
 

Больные, болезнь которых более согласна с их сложением, возрастом, привычками и временем года, менее подвергаются опасности, чем те, болезни которых не имеют ни одного из этих условий.

 

К теме здоровья и долголетия обращались и мыслители Древнего Рима. Римский комедиограф Теренций Публий впервые высказал мысль о том, что «старость есть болезнь». Философ Сенека называл старость «неизлечимой болезнью», а врач Гален Клавдий в своем трактате «О сохранении здоровья» писал, что «старость и смерть приближаются вследствие естественного уменьшения влаги».
 

Уже в преклонном возрасте Цицерон, знаменитый римский политик и оратор, написал трактат «Беседа о старости». По форме это диалог между старым прославленным римским гражданином Катоном и молодыми республиканцами Сципионом Младшим и Лелием. Устами Катона автор упрекает молодое поколение в бездеятельности, пресыщенности, в крайней безнравственности. Их отцы, утверждает Катон, жили мечтой создать республику, дать свободу римским гражданам, сделать жизнь прекрасной и мудрой, а самонадеянные потомки погрязли в роскоши и разврате. По мнению Цицерона, к управлению страной нужно привлекать убеленных сединами стариков, чьи опыт и знание жизни являются лучшим залогом процветания государства.
 

Какой же видится Цицерону идеальная старость?
 

Лучшее услаждение старости, утверждает Цицерон, это жизнь, посвященная науке, искусству, ремеслам, жизнь, полезная людям и обществу. Человек и в старости может быть счастлив, когда он занят духовным трудом, увлечен важными мыслями. «Что говорить, — отмечает он, — приходится согласиться с тем, что в старости уже нет той силы и сноровки движений, быстроты и ловкости, какие отличают человека молодого и полного сил. Но для старика важна не мышечная сила, а духовная, нравственная. Оттого рассуждения пожилого более основательны и верны, чем рассуждения молодого». Здесь Цицерон ссылается на пример древнегреческих поэтов, драматургов, философов: Гомера, Софокла, Платона, Демокрита, Сократа, которые до глубокой старости сохранили ясный ум и привычку к постоянному творческому труду.
 

Так, Софокл, один из величайших драматургов Древней Греции, и в преклонные годы неустанно трудился, создавая все новые и новые произведения. Его дети объявили отца сумасшедшим, им казалось, что ради поэзии Софокл пренебрег всеми остальными делами. Но в каком же постыдном и смешном положении оказались они, когда потребовали лишить отца прав управлять домашними делами! На суде Софокл вынул только что написанную им трагедию «Эдип в Колоне». Прочитав ее, он спокойно спросил судей, можно ли его произведение признать произведением безумного? Судьи единодушно оправдали мудрого поэта и устыдили его корыстных сыновей.
 

«Бережливо пользуйся силами, — советует Цицерон престарелым, — не напрягай их чересчур и не будешь чувствовать в них особенной надобности… Следует заботиться и о здоровье: умеренно упражнять тело, есть и пить не более того, что необходимо… Пороки свойственны не старости вообще, а ленивой, сонливой, невежественной старости».
 

Из дошедших до нас источников известно, что выдающийся врач, грек по национальности, Асклепиад Прузский основал в Древнем Риме врачебную методическую школу, впервые разделив болезни на острые и хронические. Основными принципами Асклепиада были: завладеть вниманием больного, свести на нет болезненные ощущения и создать такую обстановку, которая способствовала бы восстановлению здоровых представлений, чувств и стремления к жизни. Особенно большое значение Асклепиад придавал «приятному настроению», отводя первое место «гигиене» — предупреждению болезней, не забывая, однако, и лечение — «паникею».
 

Последователи Асклепиада основали в Пергаме, столице Пергамского царства, расположенного в Малой Азии, большой медицинский центр — Асклепион, в котором практиковали лучшие врачи того времени.
 

Асклепион, как теперь еще видно из остатков разрушенных и восстановленных строений, представлял целый город протяженностью несколько километров. Окруженный прекрасной колоннадой, с улицами, вымощенными белым мрамором, с храмами-здравницами, Асклепион встречал каждого больного выразительной надписью: «Смерть сюда не входит!»
 

В качестве лечебных средств в Асклепионе широко практиковались прогулки на свежем воздухе, активные и пассивные движения, массаж, солнечные, водные и грязевые ванны, искусственно вызываемое потение с целью правильного «кожного испарения», соблюдение чистоты тела, умеренное и полноценное питание.
 

Больного сначала обмывали, а затем последовательно вводили в храм Эскулапа — бога медицины и в храм Телеспиуса — бога благополучного окончания лечения. «Зарядив» больного соответствующим настроением, его вели по длинному прохладному тоннелю — «священному коридору». Через круглые отверстия в потолке тоннеля ассистенты врача не только наблюдали больного, но и последовательно внушали ему: «Ты пришел в Асклепион, чтобы стать здоровым. Устрани тоску души, ее мрак так же, как ты смыл грязь и пот тела. Сейчас в храме покоя ты отдашь душу богу Морфею, и во сне боги укажут тебе, какими лекарствами ты победишь свой недуг. Обрети силу и крепость души, и к тебе снова придет жажда вкушать яства, желание возлюбить, жить в радости».
 

Такая своеобразная аутогенная тренировка была основана на хорошо разработанной системе психотерапии, в которой основное внимание уделялось слову врача, его беседам с больным, раскрывающим больному причину недуга и пути к здоровью и долголетию.
 

Сейчас в северном портике Асклепиона частично реставрирован медицинский амфитеатр, вмещавший когда-то три с половиной тысячи зрителей. Его посещали больные Асклепиона и жители окрестностей Пергама. Здесь они не только наслаждались музыкой (так лечились «тоска и мрак душевный»), но и смотрели классические комедии, осмеивающие обжорство, пьянство и «похотливость, приводящую к болезням».
 

В древнем Асклепионе сохранились остатки римских терм (античных общественных бань), бассейнов, лежачих и сидячих ванн, которые соответственно врачебному назначению заполнялись горячей или холодной водой целебного источника или лечебной грязью. Практиковалась и трудовая терапия, которая сочеталась с гимнастическими упражнениями.
 

История Асклепиона свидетельствует о том, что, продолжая лучшие традиции прошлого, его врачи еще с незапамятных времен при лечении больных применяли труд, внушение, музыку, воду целебных источников.

 

Идеи долголетия, укрепления здоровья в пожилом возрасте прослеживаются в трудах многих ученых на разных исторических уровнях.
 

Даже в эпоху европейского Средневековья с его аскетическим культом и религиозной нетерпимостью некоторые университеты серьезно занимались этим вопросом. Так, медицинская школа Салерно, недалеко от Неаполя (Италия), воспитала целую плеяду талантливых ученых, искания которых наглядно отразились в знаменитом «Салернском кодексе здоровья».
 

Знаменитый врач Салернской медицинской школы Константин Африканский, блестящий полиглот, перевел с арабского на латинский язык ряд крупных медицинских трактатов. С именем этого ученого, врача связан повсеместный успех этой школы, ее высокий авторитет. Здесь были написаны серьезнейшие трактаты «О лечении болезней» и «О приходе врача к больному», в которых большое внимание уделялось диете, гигиеническому режиму молодежи и стариков, профилактике раннего старения. Средневековые авторы разработали целую систему укрепления здоровья пожилых людей.
 

Медицинские труды Салернской школы, изложенные в стихах, переведены на многие языки, в том числе и на русский.
 

Авторы предисловия к русскому переводу «Салернского кодекса здоровья» В. Н. Терновский и Ю. Ф. Шульц справедливо отмечали: «Школа Салерно — это не только история медицины, в известной мере она современна и теперь. Салернские предписания… не утратили своего значения и во многом соответствуют современным гигиеническим требованиям».
 

Вот несколько выдержек из «Салернского кодекса здоровья».
 

«Школа Салернская так королю англичан написала: если ты хочешь здоровье вернуть и не ведать болезней, тягость забот отгони и считай недостойным сердиться, скромно обедай, о винах забудь, не сочти бесполезным бодрствовать после еды, полуденного сна избегая… Пусть будут врачами твоими трое: веселый характер, покой и умеренность в пище.
 

Руки, проснувшись, омой и глаза водою холодной… Походи, потянись, расправляя члены свои. Причешись ты и зубы почисть. Все это ум укрепляет и силу вливает в прочие члены. Ванну прими, а поев, походи иль постой, охлаждений бойся. Источников гладь и трава — глазам утешенье, утром на горы свой взор обрати, а под вечер на воды.
 

Кратким пусть будет полуденный сон или вовсе не будет. Боль головную, катар, лихорадку и сильную слабость — все за полуденный сон ты получишь себе непременно.
 

Ужин чрезмерный отнюдь не полезен для наших желудков. Чтобы спокойно спалось, перед сном наедаться не надо».
 

Это, так сказать, рекомендации общеукрепляющего характера. А вот что пишет «Кодекс» о свойствах различных овощей, приправ и специй:
 

«Репа — желудку полезна, но зубы вконец разрушает.
 

Зрение лучше и крепче желудок у нас от аниса. Соль, коль не в меру она, угнетает и зренье… зуд иль озноб причиняет…
 

Суп из капусты мягчит, а капуста сама закрепляет, если их вместе подать — подготовят к очистке желудок…
 

Нервы шалфей укрепляет и рук унимает дрожанье, и лихорадку изгнать даже острую он в состояньи.
 

Кажется, нет у врачей о луке единого мненья. Как сообщает Гален, лук холерикам очень полезен. Но для флегматиков лук, говорит он, гораздо целебней… Втирая его, ты сумеешь лысой вернуть голове красоту, что утрачена ею.
 

Сухость, а также тепло в горчичном зернышке малом, яд изгоняет, рождает слезу, а голову чистит».
 

«Салернскому кодексу здоровья» предшествовала поэтическая поэма «О свойствах трав». Мы не будем подробно ее пересказывать, однако познакомиться хотя бы с несколькими отрывками все же следует, ибо в них можно найти много интересных наблюдений.
 

«Я полагаю, что первым мы перца исследуем силу, ибо он кухнею больше, чем нашим искусством, прославлен. Как признают, обладает он силой сухой и горячей. Три его вида известны: то белый, длинный и черный… Здесь я о черном скажу, о котором я многое знаю. Взятый сырым иль вареным, или с медом еще в сочетанье, пищеварительной силе желудка и печени служит. Часто при разных болезнях груди он приходит на помощь. Жар, что обычно у нас лихорадочным приступом вызван, он унимает… Он и в составе лекарств превосходен, что избавляет глаза от жестокой завесы тумана. Смешанный с натром в припарке, он пятна на теле снимает.
 

Греки шалфею свое — «элилисфакус» — дали названье. Вместе с медовой водой унимает он печени боли, сверху приложенный тертым, он яд изгоняет укусов. Если на свежие раны (что кровью исходят безмерно) тертый наложишь шалфей, говорят, прекратится теченье. Мнение есть, будто волос чернее от сока шалфея, если под солнцем палящим им волосы тщательно терли».

Аватар enr091 Наталия Ришко
Журналист/Sovetok

23.06.2022 enr091 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Добавить комментарий:



ТОП пользователей



Sergej020SimoTishkaaneli8768petrovskidenis399mderminovaliabuskovaGannBadansvestelka753svettavilanovishlyalyaterentjeva