До золотой свадьбы заживет

Когда я в сотый раз за последние сорок минут посмотрела на часы, муж не выдержал: «Зоя, перестань дергаться!»- Я не дергаюсь, — пожимая плечами, возразила ему.- Но я же вижу. Не волнуйся; они нормально долетят.
- Конечно, — кивнула рассеянно. — Ой! Яша, ты не помнишь, я рыбу солила или нет?
- По-моему, уже раз пять солила.
- Да? — я сунула семгу в духовку и стала взбивать миксером сливки.
- Зоя! Ты что делаешь?
- Крем для торта. А что?
- Так ты же торт испекла, украсила, и он уже два часа как стоит в холодильнике! Дай сюда... — Муж отобрал у меня миксер, помыл его и спрятал в коробку. — Зоя, что с тобой происходит? Ну, дочка с зятем и внуками прилетают! Радоваться нужно, а на тебе прямо лица нет.

Я зачем-то потрогала себя за щеки, словно проверяя, есть лицо или нет, потом опустилась на табурет и... расплакалась. Плакала от радости и немножко от нервов — шутка ли, первый раз в жизни младшего внука «живьем» увижу...

Одиннадцать лет назад Наташа, вернувшись из отпуска, сообщила нам, что познакомилась с замечательным парнем (и завтра его нам представит), влюбилась и собирается замуж. Я сначала даже обрадовалась. Двадцать три года, самое время семью заводить. А потом, когда выяснилось, что дочкин жених—нефтяник из Омска, страшно расстроилась. Это что же получается?! Придет чужой сибиряк и увезет мою кровиночку на край света?! Несколько ночей тогда проплакала. Яша тоже не спал — меня утешал.

- Ну чего ты убиваешься? — искренне не понимал он. — Хороший же парень. С образованием, пьет без перебора, Наташку нашу любит — это и слепому видно. Чем плохой зять?
- Тем, что далеко живет. Как будто у нас в Полтаве хороших парней нет.
- Есть, наверное. Но Натаха-то Максима выбрала. Так что тема закрыта.
- Ничего не закрыта! Ты должен ей запретить за него замуж выходить. В конце концов, отец ты или нет?
- Я — отец, — голос мужа перестал ласково журчать и налился металлом. — Но запрещать взрослой дочке ничего не собираюсь. Ее жизнь - вот пусть сама ею и распоряжается.
- Да как ты не понимаешь?..
- Это ты не понимаешь! Забыла, как сама была молодой? Вспомни, как мы с тобой познакомились. Неужели, если бы я жил где-нибудь в Закарпатье или на Сахалине, или в Австралии, ты со мной не поехала бы?
- Поехала бы, — ответила я тихо, и на этом тема действительно была закрыта. Я благословила дочку на замужество и отпустила с Богом в далекий Омск.

И вот теперь мне предстояло знакомство с младшим-внуком — трехлетним Никитой. Вообще у меня внуков уже четверо.

Точнее, две внучки и два внука. Сын с семьей живет в Харькове, поэтому девочек, шестнадцатилетнюю Оксанку и двенадцатилетнюю Галочку, мы видим часто они все каникулы у нас проводят и на праздники приезжают, а иногда и просто так, на выходные. Старшего Наташиного сына, девятилетнего Коленьку, я видела всего три раза, но и на том спасибо. А вот младшенького... Господи, хоть бы самолет благополучно приземлился!

Бог услышал мои молитвы. В кухню вошел муж и радостно сообщил: «Только что Наташа звонила — сели уже. Юра их встретил. Так что через пару часов будут у нас».

- А как же они все в Юрочкину машину влезут? — забеспокоилась я.
- Он на работе микроавтобус взял, так что поместятся. Не переживай.

И снова ожидание — уже не такое тревожное, но еще более нетерпеливое. А стрелки ходиков, как назло, ползут, как черепахи, того и гляди, совсем остановятся. Сил нет смотреть...

Чтобы хоть чем-то себя занять, прошлась еще раз по квартире. Вроде все в порядке: окна вымыты, на полу — ни соринки, ни пылинки, стол в большой комнате накрыт скатертью и полностью сервирован — осталось только еду из кухни принести. Зачем-то задвинула, а потом снова раздвинула шторы, переставила рамку с фотографией с левого края комода на правый, поправила цветы в вазе. Муж, читавший в кресле газету (вот нервы стальные!), посмотрел на меня поверх очков и насмешливо хмыкнул:

- Мороз Воевода дозором обходит владенья свои! И как? Порядок?
- Не совсем... Яш, мы, когда уборку делали, карнизы забыли протереть...
- Ну и что? Думаешь, кто-то из детей или внуков полезет туда проверять наличие пыли? — снова иронично фыркнул муж.
- Я сочла нужным не отвечать. Молча принесла из кухни табурет и влажную тряпку, а из прихожей маленькую скамеечку — в последние годы я набрала лишний вес и без дополнительной «ступеньки» на табурет мне не взобраться. Но покорять табуретные вершины не пришлось. Яша со вздохом отложил газету, поднялся с кресла:
- Сиди уж, горе мое луковое. Я сам.

Я послушно села на диван и стала руководить процессом: «Сзади тоже хорошенько пошуруй, там паутина может быть. И кольца протри...» — а про себя думала о том, что за сорок восемь лет совместной жизни ни разу не пожалела о том, что вышла за Яшу замуж. Бывало, ссорились, и обижалась на мужа, и даже плакала, но не пожалела ни разу! Характер у него, конечно, сложный, но покажите мне хоть одного мужика с простым. А если и есть такие, то с ними, наверное, от скуки помереть можно. Зато для своих шестидесяти восьми муж в отличной форме — поджарый, мускулистый. Ему, чтобы залезть на табурет, никакие скамеечки не нужны. Вон, на пол спрыгнул легко, как сорокалетний пацан. Подошел, сел рядом, отдал мне тряпку:

- Готово...
- Каким ты был, таким ты и остался, — сказала я и погладила Яшу по голове.

Он заподозрил в моих словах подвох:
- Что, опять что-то не так сделал?
- Все так, спасибо. Это я в смысле: орел степной, казак лихой.
- Да, я такой! — Яша молодцевато подкрутил несуществующие усы. — А казак заслужил рюмочку коньячка?
- Коньячок пьют гусары, да и то исключительно в компании.
- А ковбои иногда и в одиночку прикладываются... — муж подошел к столу и скрутил крышку с бутылки виски.
- Яша! Станешь внуков целовать, а от тебя алкоголем воняет.
- К младшему ты меня все равно не подпустишь — оккупируешь его на пороге и весь вечер с рук не спустишь. А старшие как-нибудь переживут.
- Неужели потерпеть до приезда детей не можешь? — с укором спросила я.
- Могу... — Яша нехотя закрыл бутылку. — Просто... Думаешь, ты одна волнуешься? Хоть корвалола мне накапай, что ли...
- Корвалол тоже воняет. Я лучше тебе сейчас таблетку валерьянки принесу.
- А помнишь, у тебя на работе проверка была, и ты с собой в сумке постоянно бутылек с валерьянкой таскала. Тогда в таблетках еще не делали, только жидкую...
- Ага, и по дороге домой сумку уронила, пузырек разбился...
- И к тебе сбежались все бродячие коты округи. Курю я на балконе и вижу — идет моя женушка, а за ней, как дети за гамельнским крысоловом, бегут двадцать помоечных кошек и орут громче, чем в марте на крыше.
- Не преувеличивай! Во-первых, их было всего пять, а во-вторых, ничего они не орали, а деликатно мяукали.
- Ну да, очень деликатно. То-то все соседи тогда из окон повысовывались. Погоди, а в каком же это было году? В восемьдесят третьем?
- He-а, в восемьдесят пятом. Наталочка как раз в первый класс пошла. А помнишь, как к нам из Киева цирк шапито приехал, и она с продленки на представление сбежала?
- Ага, ей тогда лет девять было. Мы с тобой весь город оббегали, даже в милицию обращались, что дочка пропала. Когда домой вернулась, я ее отлупить хотел, а ты не позволила.
- Зря не позволила. Наверное, нужно было... для профилактики... А то чересчур уж самостоятельная выросла.

В дверь позвонили. Я вздрогнула от неожиданности и машинально посмотрела на часы. Батюшки, оказывается, мы с Яшей полтора часа проболтали! Толкотня в прихожей, объятия, поцелуи, смех, возгласы: «Мамуль, мы тортик привезли. В холодильник поставить?» «Зоя Петровна, Наташа сказала, что вы любите пионы! Возьмите...» «Бабуль, я с вами немножко посижу, а потом к Кате пойду, ладно? А то мы с ней уже целый месяц не виделись!»

- Тихо всем! — загремел вдруг над разноголосьем Яшин командирский бас: — Дайте хоть бабушке с младшим внуком познакомиться! Все, как по команде, расступились, и я наконец увидела Никитку, испуган но жмущегося к маминым ногам. Бросилась к нему, подхватила на руки. Малыш тут же зычно заревел.

- Никитка, солнышко, не плачь! Это же я, твоя баба Зоя!

Никита перестал реветь и посмотрел удивленно: чужая старуха, а голос знакомый. Еще бы не знакомый — по телефону почти каждый день с ним общаемся.

- Узнал! — растрогалась я. — Ты моя радость сладкая! Проголодался, наверное? Пойдем, заинька, я тебя покормлю.
- А нас ты тоже кормить собираешься •или только Ника? — захохотала дочка.
- И вас, и вас... Мойте руки и к столу. Застолье шло полным ходом, когда Никитка, уже вполне освоившись, вдруг посмотрел на меня и спросил:
- Баба, а почему ты такая толстая?
- Такие вещи женщинам неприлично говорить, — одернула его Наташа.
- Зато она добрая! - бросилась на мою защиту Галочка.
- Бабушка, бабушка, а почему у тебя такие большие... — начал было хохмить Яша, но, перехватив мой сердитый взгляд, осекся на полуслове и торжественно произнес: — Баба Зоя не толстая. Она у нас... пышная!
Спасибо! Утешил, называется.

Я сходила в спальню и принесла оттуда старый альбом. Полистала его, положила перед Никитой, ткнула пальцем в одну из фотографий.

- Кто это?
- Красивая тетя, — ответил внук.
- Это я.

Он перевел недоверчивый взгляд со снимка на меня и покачал головой:
- Не-е... Эта тетя молодая. А ты старая. И толстая.

Тут невестка Оля принесла из кухни торты, и внимание внука переключилось на десерт. Признаться честно, я тоже забыла о замечании Никитки, и вспомнила только спустя неделю, когда они улетели в свой Омск.

«Устами младенца глаголет истина! — думала грустно, рассматривая в трюмо свое отражение. — Все правильно: старая и толстая! Помолодеть мне, увы, уже не удастся, а вот сбросить лишние килограммы на до обязательно. А то как на пенсию вышла, совсем себя распустила. Яша до сих пор орел, а я — квашня квашней, ему, наверное, со мной на людях и появляться неловко. Все, с завтрашнего дня сажусь на диету. Нет, с сегодняшнего!»

Прошло десять дней. Я держалась, как стойкий оловянный солдатик, — сама не ожидала от себя такой силы воли.
Правда, сбросить пока удалось всего два килограмма, ну да ничего, курочка по зернышку клюет.

- Зоя, ты не заболела? — поинтересовался Яша за ужином .
- Нет. А что, плохо выгляжу?
- Нормально выглядишь. Просто не ешь ничего. Потеря аппетита — нехороший симптом. А спишь как?
Спала я плохо, потому что все время хотелось кушать. Я даже иногда вставала с кровати и шла на кухню. Подойду к холодильнику, открою, понюхаю колбасу или котлетку, закрою дверцу, полюбуюсь на магнитик с откормленной розовой свинкой и надписью-заклинанием «Хватит жрать!» (специально купила для аутотренинга) и обратно в спальню...

- Сплю хорошо, — соврала мужу.

Не знаете что подарить любимой жене на золотую свадьбу? Рекомендуем выбрать купить золотую подвеску киев. Огромный ассортимент и самые выгодные цены! 

Лесть мне просто... не хочется.

- Всегда хотелось, а теперь, видите ли, не хочется, — буркнул муж и рубанул по воздуху ребром ладони. — Все, завтра же идем к врачу!

«Ведь и вправду потащит в поликлинику, испугалась я. — Он такой: если что- то в голову себе втемяшит — с места не сдвинешь. Нужно сознаваться!» Призналась мужу, что сижу на диете.

- Зачем? — изумился Яша.
- Ну. — замялась я. — Ты же у нас орел. Решишь еще: «Зачем мне толстая жена?» и начнешь ухлестывать за какой-нибудь пятидесятилетней стройняшкой.
- Не говори ерунды! До сих пор не ухлестывал, а теперь вдруг начну... Это ты из-за Никитки, да?
- Да, — вздохнула я.
- Вот глупая! Трехлетний ребенок сболтнул, а ты давай над организмом издеваться. Здоровью вредить!
- Я не издеваюсь, я все по науке делаю. Но к их следующему приезду двадцать килограммов обязательно сброшу. Или хотя бы пятнадцать.
- Ладно, сбрасывай, если уж так хочется, — кивнул Яша. — Только смотри не переусердствуй. А то, не дай бог, грохнешься еще где-нибудь на улице в голодный обморок!

Накаркал муж. Правда, упала я не в обморок, а просто так, к тому же год спустя после того разговора, но грохнулась основательно, с последствиями.

Мы возвращались из магазина, уже к дому подходили, и вдруг...

- Зоя, ты чего это на ровном месте? — засуетился Яша, протягивая мне руку.
- Давай, поднимайся!

Я кое-как с его помощью поднялась, да так и осталась стоять, как цапля, на одной ноге.

- Болит сильно, — пояснила со стоном.
- Связку растянула?
- Не знаю. Может, и перелом...
- Только этого не хватало! До скамейки дошкандыбать сможешь?

Я попыталась наступить на больную ногу, и в глазах потемнело от боли.

- Ясно, — сказал Яша, бросил на асфальт сумку с продуктами, потом взял меня в охапку и поднял.
- Опусти немедленно, надорвешься, — испуганно закричала я.
- Ничего, своя ноша не тянет, — улыбнулся Яша и понес меня к лавочке. Я боялась, что его инфаркт хватит или инсульт шестьдесят девять лет не шутка. Но, слава Богу, благополучно донес, только покряхтывал от натуги. Усадил на скамейку, принес сумку, достал мобильный: «Алло, «скорая»?» Продиктовав диспетчеру адрес, повернулся ко мне:
- Говоришь, на сколько похудела?
- Почти на семнадцать кило, — ответила с гордостью.
- Молодец, не зря старалась. С прежним весом мог и не дотащить.
- Ты у меня орел, — улыбнулась я и вытерла платком его взмокший лоб.

В больнице мне сделали рентген, оказалось — трещина в малоберцовой кости. Наложили гипс и отпустили восвояси.

- Хорошо, что не шейку бедра сломала, — сказал муж, когда мы вернулись домой. — А эта трещина — пустяки, до свадьбы сто раз заживет!
- До какой свадьбы? — рассмеялась я.
- Как это до какой? До нашей. Ты что, забыла? У нас через... — он пошевелил губами, высчитывая, — через десять месяцев золотая свадьба!

«Точно, — подумала я. — Шестнадцатого мая следующего года будет ровно пятьдесят лет, как мы поженились. Говорят, кто в мае женится, потом всю жизнь маяться будет. Но лично я готова с Яшей «маяться» и до бриллиантовой, и даже до коронной свадьбы, если доживем, конечно...
23.12.2017 AnnaKorol 0
Добавить комментарий:



ТОП пользователей



king22infobestvlasovmasterafilipovicleilapoelenakochina86workcolikinetmarynapersonal